«Это уже не совпадение,- а система». Чудо — манок.

155 просмотров

eto-uzhe-ne-so…ma-chudo-manok

Чудо — манок.

      Добыча животного, — трофея, ассоциируется с элитарностью и чем-то схожей со спортивной наградой, это память, к которой охотник вновь и вновь возвращается к пережитому во время охоты. Ведь получилось!
      Подход к охоте, изучение опыта практикующих охотников, наблюдательность, знания, — вот что помогает многим быть с трофеем.
     Листая периодику, обнаружил очень познавательную статью в РОГ за январь 2004 г. «Чудо — манок» — Сергея Лосева. Это поучительно и, как мне представляется, поможет многим усовершенствовать личный опыт. Приведу дословно.
     «Несколько лет назад, разбирая свой охотничий скарб, годами накапливающийся в коробке, я наткнулся на пластмассовый манок, лежавший там по меньшей мере лет двадцать пять. Ностальгическая надпись «Ц — 40 коп» развеселила меня, и я сунул его в карман, отправляясь на дачу в начале зимы. Издавал он жалобное мяуканье, предположительно изображая крик раненного зайца, и, следовательно, являлся манком на лисицу. Два года он служил нам с моим всегдашним напарником и соседом по даче А.Саукиным великолепным развлечением. Стоило только, выйдя из автобуса и углубившись по тропинке в лес, крикнуть в него два-три раза, как все находившиеся поблизости сойки, сороки и вороны с кряхтением, стрекотом и карканьем устремлялись на его призыв. Сашка собирал ружье и тренировался в стрельбе перед серьезной охотой. Заодно мы очищали лес от всего этого хулиганья. Но в этом году манок показал себя как профессионал с такой стороны, для которой, собственно, и был предназначен.
     Получилось это, в общем-то, случайно. Была мерзопакосная погода. Столбик термометра стоял на отметке плюс уже вторую неделю. Снег, покрывший было приличным слоем землю, таял и отвратительно хлюпал под ногами. С веток капало, и стоило зайти в лес, как через десять минут промокал насквозь. Мучаясь от безделья, Саша предложил выйти на опушку и пострелять, как говорят немцы, черную дичь. Я согласился, но поскольку мне с моим 30-летним охотничьим стажем стрелять сорок вроде бы как-то и несолидно, то ружье с собой не взял, решив, что буду только манить. Как же я пожалел об этом ! Неторопливо двигаясь вдоль опушки, я периодически издавал крик попавшего в беду зайца. Желающих полакомиться дармовой зайчатинкой нашлись очень скоро. Из глубины леса раздался стрекот не менее четырех-пяти сорок, но, очевидно, наши силуеты проецировались на фоне не совсем сошедшего в поле снега, и к нам осторожные птицы не подлетали.
     Заметив лесную дорогу, мы свернули на нее. Саша стал лесом скрадывать стрекотуний, а я неторопливо шагал по дороге., изредка покрикивая в манок. Неожиданно в лесу что-то мелькнуло, и впереди метрах в ста, на дорогу выкатила самая настоящая лиса и уверенно легким галопом двинулась в мою сторону, очевидно, тоже рассчитывая на зайчатину.. Я, успев сделать шаг в сторону и прижавшись к краю дороги, замер. Подбежав шагов на тридцать пять, лисица остановилась. При этом она смотрела не на меня, а в сторону напарника, который продолжал скрадывать сорок и ни сном, ни духом не подозревал о нашей гостье. Момент для выстрела был идеальный, и я в который раз проклял себя за то, что не взял ружья. Наконец Саша особенно громко чем-то треснул, и зверь мгновенно скрылся в кустах. Вдоволь погоревав об упущенной возможности мы отправились в дом, как ни странно, не сделав никаких выводов… Произошедшее показалось мне чистейшей случайностью. Я материалист, и больше верю в красные флажки и вышку с привадой, чем в какой-то там манок за 40 копеек.
     На завтра кончился хлеб, и ближе к вечеру мы отправились в деревню в магазин все той же лесной тропинкой, где обычно стреляли чернь, по пути от автобуса. На этот раз ружье взял я, собираясь подстрелить несколько штук для привады, а Сашка тем временем смотался бы за хлебом и обратно. Он убежал вперед, а я, дойдя до ближайшей полянки, принялся манить. Но, поскольку дело было к вечеру и уже заметно потемнело, на мое жалобное мяуканье никто не отзывался. Очевидно, птицы уже отправились спать. Делать нечего, и, дунув пару раз в манок для очистки совести, я уныло побрел навстречу другу. Так я шел несколько минут, глядя себе под ноги, пока не поднял голову и снова остолбенел, навстречу мне по этой же тропинке снова катила лисица. Заметили друг друга мы почти одновременно и замерли, глядя глаза в глаза. «Что же делать?» — произнеслось у меня в мозгу. Ружье на плече, да и заряжена в «Браунинг» семерка-дисперсант. Я, собственно, из-за нее захватил ружье. Сашка, несколько раз промазав «дисперсантом» по сорокам и голубям, заявил, что этим патроном вообще ничего нельзя застрелить. Я же утверждал, что на 15-20 шагов сизаря и сороку можно взять чем угодно, хоть гречневой кашей. Чтобы доказать ему это, я и зарядил патрон, предназначенный для близкого расстояния. Но до зверя не 15 шагов, да и семерка слишком мелкая дробь. В лучшем случае будет бесполезный подранок. Поэтому, когда лиса прыгнула в сторону, я даже не стал вскидывать ружье. Зато задумался всерьез. Второй случай за два дня — ЭТО УЖЕ НЕ СОВПАДЕНИЕ, А СИСТЕМА.
     На следующий день безрезультатно протропили на соседних участках русака. Прохиндей залез под какой-то сарай и, выйдя с другой стороны, спокойно смылся, оставив нас в дураках. Казалось удача окончательно от нас отвернулась… Все же ближе к вечеру решили попробовать вариант с манком. На этот раз готовились серьезно. Оделись потеплей, оставили дома сигареты, чтобы избежать соблазна и отправились «по лису», как сказал Сашка. Где караулить определились еще днем, во время охоты на русака. Один угол поля был совершенно истоптан старыми лисьими следами. Кроме того, сдесь когда-то выбрасывали останки коров, так что шансы были. Я, откровенно говоря, все еще не сильно верил в манок и поэтому расположился на самом краю поля, захватив на этот раз карабин. Надежда была на праздно шатающуюся или мышкующую лисицу, которую можно достать за сто и больше метров. Напарник прошел немного в глубь леса и встал спиной ко мне, контролируя подход.
     Когда все успокоились, я начал манить. С интервалом в 5-7 минут вечернюю тишину разрывали жалобные крики погибающего зайца. Но время шло, и ничего не происходило. Поле оставалось уныло пустым, а темнота неумолимо надвигалась. Наконец я перестал различать мушку и опустил карабин (оптику я еще не пристрелял и пошел без нее). Все же я продолжал манить, так как выстрел дробью пока небыл безнадежным. В тот момент, когда я подумал, что пора давать сигнал отбоя, грохнул выстрел, за ним сразу другой, и наконец полный торжества вопль Сашки: «Убил! Лежит! Лиса!!! Через три секунды я был уже возле него. Лицо охотника светилось торжеством даже в наступившей темноте. Еще бы, это была его первая лисица, и вот она, шагах в восьми от места, где он стоял. Из сбивчивого рассказа счастливчика я понял, что зверя он увидел только шагов за двадцать. Она строго бежала на призыв манка. Сашка оказался у нее на пути. Метрах в пятнадцати лиса встала и начала внимательно разглядывать фигуру охотника. Стволы ружья были направлены в другую сторону, а пошевелиться он не мог. В этот момент я очередной раз крикнул в манок, и лиса, бросившись на зов, оказалась в трех метрах от стрелка. Первым выстрелом тот, к счастью, промазал и достал только вторым.
     Возвращение было поистине триумфальным. Весь вечер к нам тянулись соседи, приехавшие на выходные, чтобы взглянуть на трофей. К сожалению нам завтра в Москву, но впереди целая зима, а главное — на вооружении чудо-манок за 40 копеек…»
Неправда ли, — поучительно и легко читается. Надеюсь и Вам поможет, друзья-охотники.
«НИ ПУХА, НИ ПЕРА!»
С Уважением ВАСИЛИЧЬ.

,

В настоящее время комментариев нет

Добавить комментарий

Translate »